Мотив дороги в русской классической литературе

Создание современной русской прозы началось с Н.М.Карамзина, который воплотил на страницах своих произведений жизнь сердца и страстей, живое русское слово. В «Письмах русского путешественника» он создал иллюзию подлинных писем, живого разговора с читателем, дал непосредственное эмоциональное воcприятие европейской жизни. Глядя на патриархальную Швейцарию, на прочно устроенную и свободную жизнь англичан, на поколебавшуюся в своих основах Францию, Карамзин твёрдо верит в нравственный и социальный прогресс. Даже революции, подобные французской, хотя и несут беды, но со временем помогают устроить жизнь на новых, лучших основаниях. Россия – тоже европейская страна и не может остаться в стороне от общего движения (хотя любую революцию для России Карамзин считал гибельной). «Россия есть Европа» – одна из любимых мыслей Карамзина.

Книга А.Н.Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву» также обращается к жанру путешествия, который дает писателю возможность исследовать все стороны русской жизни: труд мужика на помещика, разврат дворян, отсутствие справедливости, рекрутство, торговля людьми, крестьянский бунт. Книга испугала Екатерину II, которая назвала автора «бунтовщиком хуже Пугачева», и весь тираж был уничтожен. Автора приговорили к смертной казни, замененной десятилетней ссылкой в Сибирь. О чем был этот роман? Главные темы – крепостное право, судьба русского крестьянства, деспотическая власть и… возможная революция. Обращаясь к жанру путешествия, писатель завуалировал смысл и подчеркнул субъективный характер книги, что свойственно сентиментальной прозе. Однако особенность этого «путешествия» заключалась в том, что Радищев типизировал свои многочисленные поездки по России, показал тиранство как повседневное явление, а не как результат деспотического характера отдельных помещиков.

Классическим образцом литературы путешествий, в которой реальное историческое время и реальные локусы Кавказа (Военно-Грузинская дорога) пропущены через субъективное восприятие повествователя, в XIX веке является “Путешествие в Арзрум” А.С.Пушкина.

Скитальчество – еще одно проявление архетипа дороги. Алеко (поэма “Цыганы”), живущий среди полудикого народа представляет собой тип бродяги, для вольности которого нет никаких законов и преград. “В Алеко Пушкин уже отыскал и гениально отметил того несчастного скитальца в родной земле, того исторического русского страдальца, столь исторически необходимо явившегося в оторванном от народа обществе нашем” (Достоевский).

Еще одно воплощение героя-скитальца – Евгений Онегин. Основной чертой героя становится “охота к перемене мест”. Достоевский отмечал в Онегине беспочвенность, отсутствие твердой, незыблемой основы.

В “Повестях Белкина мотив дороги связан с темой счастья в самом широком ее понимании. Автор рассказывает о роли случая в судьбе человека. Пушкин не раз задумывался над тем, не является ли человек игрушкой в руках неведомых ему сил. Так, в рассказе “Метель” разгулявшаяся стихия становится проявлением такой тайной силы, которая руководит нашей жизнью. Эта сила может жестоко подшутить над человеком, подменив женихов, но если довериться ей, то она может принести счастье и удачу. Когда герои смирились с ошибкой, судьба снова подшутила над ними, но уже по-доброму. Став мужем и женой по невероятному стечению обстоятельств, Марья Гавриловна и Бурмин обрели счастье и любовь.

В Станционном смотрителе” Жизнь Самсона Вырина могла и должна была быть солнечной и светлой (неслучайно древнееврейское имя Самсон означает “солнечный”), однако не одна Дуня становится причиной несчастья – станция Самсона была обречена, поскольку тракт закрывался: «…Шумит, стучит, голосит почтовый тракт: то фельдъегерь ворвется в дом, требуя немедленно тройку, то почетный господин замахнется нагайкой на служивого, то хмельной гусар провернет под самым твоим носом авантюру, а то и вовсе решением далекого и непонятного тебе правительства возьмут да и уничтожат дорогу…». Такова судьба маленького человека на большом тракте.

Вечные странники Лермонтова не находят успокоения нигде – ни во внешнем враждебном мире, ни во внутреннем: “тучки небесные” не имеют земной родины, “дубовый листок”, оторвавшийся от родимой ветки, мятежный парус, “ищущий бури”, небесное странничество Демона – это кремнистый путь одинокого человека, которому суждены вечные перемещения во времени и пространстве. Загадочный, никем не понятый, странник несет в себе “пучину гордого познанья”, ощущение вечной тайны бытия, готовность к страданию.

Печорин, странствующий офицер, рефлексирующий скиталец, везде оказывается “проездом”, “по казенной надобности”. Атмосфера романа насыщена дорожными встречами и расставаниями, случайными попутчиками, путевыми размышлениями. В пути происходят важнейшие события романа: смерть Бэлы, Вулича; в пути гибнет Печорин, “возвращаясь из Персии”. Скитальческий путь Печорина, его стремление к безграничной свободе не приносит надежды на духовное возрождение.

В организации сюжета “Мертвых душ” Гоголя мотив дороги приобретает сюжетообразующую функцию, дает возможность “изъездить вместе с героем всю Россию и вывести множество самых разнообразных характеров”. Странствия Чичикова – это странствия-похождения по русскому пространству, где “дороги расползаются во все стороны, как пойманные раки”, где дворовая “черноногая” девка Пелагея не знает, где право, где лево, где столбовая дорога непременно имеет важное строение – трактир, где могут случаться знаковые встречи. И весь этот путь главного героя в собственной бричке среди бедного русского пейзажа, где все “открыто, пустынно и ровно”, сопровождается непостижимой, “несущейся по всей длине” русской песней. Таким образом топографически реальный путь, сохраняя авантюрную семантику, трансформируется в дорогу русской судьбы, стремительную дорогу в будущее России: ” Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства”.

Образ странника, связанный с вечным беспокойством русской души и стремлением найти выход из мучительного жизненного пространства в благодатном направлении – к стихийно-природной воле, представлен в творчестве Н.Лескова. Вечный странник-скиталец Иван Северьянович Флягин (“Очарованный странник”) – человек, поступающий по велению совести, ищущий Божью правду. Лесков никогда не идеализирует своих героев, в своих исканиях они способны ошибаться, их праведность может оборачиваться стремлением ко греху. Но Лесков убежден, что праведное начало в русском человеке связано с абсолютной верой в Божественное предопределение., герои ни на минуту не сомневаются в Божественном промысле и справедливости Божьего суда и даже в самом греховном состоянии не теряют способности к покаянию и осознанию глубины своего нравственного падения.

Мотив странничества как поиск истины в русской литературе представлен в типах героев-правдоискателей. Так, в поэме Некрасова “Кому на Руси жить хорошо” герои ищут ответы на вечные вопросы бытия: что такое счастье и в чем правда жизни. Правда жизни – это “правый” путь, связанный с трудностями и испытаниями, на нем вряд ли встретишь счастливого. Ей противопоставлена “торная дорога”, “большая, битая, уезженная”, по которой “спешат известности добиться”.

(Продолжение следует)